Когда началась война, нашему герою было 18 лет. На фронте он стал снайпером. Но не сразу. И все же довел свой боевой счет почти до 200 уничтоженных офицеров и солдат врага. Он считает, что невозможно воевать в белых перчатках, и никогда не питал жалости к фашистам. Но однажды Иван Ткачёв не выстрелил...
Эта история началась у деревни Турки-Перевоз, что недалеко от границы Беларуси, в Невельском районе Псковской области. 21-я гвардейская стрелковая дивизия из состава 3-й ударной армии, в которой воевал снайпер сержант Иван Ткачёв, вела упорные бои с противником на белорусском направлении. За два года оккупации немцы здесь сильно укрепились, настроили землянок, дотов – чувствовали себя в полной безопасности. Иван Терентьевич хорошо запомнил тот день.
Иван Ткачёв, полковник в отставке, снайпер:
– Я занял позицию на левом фланге роты. В прицел вижу, как офицер смотрит в нашу сторону. Стреляю. Падает. Потом еще четыре офицера убили. А потом видим: идет какой-то немец. Повязка на глазу, сгорбленный. В оптический прицел видно, что глаз у него искусственный, стеклянный. И тут выскакивает из землянки офицер и сбивает его с ног. Он упал и я вижу, что плачет единственным глазом. Говорю: «Коля! Давай не будем его убивать». Так и порешили».
В ту минуту Иван Терентьевич знать не знал, что через девять лет судьба вновь сведет его с этим немцем. А при каких обстоятельствах, расскажем чуть позже.
Родился Ткачёв в 1922 году. Со школьной скамьи занимался стрелковым спортом. Мишени поражал лучше всех в школе. Был удостоен почетного знака «Ворошиловский стрелок». А перед самой войной окончил школу снайперов.
Кстати, мало кто знает, что имя сверхметким стрелкам дала маленькая болотная птичка – бекас (от английского «snipe»). Чтобы добыть такой трофей, охотник должен был часами сидеть в засаде и ждать появления птицы. «Снайпер» в переводе буквально и означает «стрелок по бекасам».
Когда началась война, Ткачёв попросился на фронт. Думал, станет снайпером, а назначили в разведку. Случай помог поменять военную профессию.
– Появился на немецких позициях наглый фашист, – рассказывает Иван Терентьевич. – Ходит по траншее не прячась. Расстояние до него – метров 800. Сколько ни стреляли, попасть не могут. Я взял обычную винтовку – и завалил его с первого выстрела. Мне говорят, всё, бросай разведку. Иди снайпером. Вручили книжку снайперскую и снайперскую винтовку.
Как правило, снайперы охотились не за солдатами. Их цели – офицеры, расчеты пулеметов, водители и командиры танков, снайперы. Однажды Ивану Ткачёву удалось уничтожить даже представителя ставки Вермахта:
– Получилось так. Мы вышли на передовое охранение, к немецким позициям. Хорошо видно было. Смотрим: дорога, а по ней идет группа немецких офицеров. Впереди идет один грузный офицер. Видно было, что в больших чинах. Я говорю напарнику: «Первым бью грузного». Ну, раз и убил. А потом принесли мне газету. Написано там было, что русского Ивана за то, что убил нашего генерала, достать из под земли. И фотография того немца.
К этому времени на счету сержанта Ивана Ткачёва было 160 убитых фашистов: 80 офицеров, 30 снайперов, остальные солдаты. Сто семидесятого Ткачёв пожалел. Волей судьбы через девять лет он лично встретит этого человека.
В 1952 году, уже будучи офицером и слушателем Юридической академии, Ткачёв с товарищем отправляется в парк Горького, где проходит выставка из ГДР. И там совершенно неожиданно видит лицо, которое внимательно рассмотрел еще тогда, в 43-м, через оптический прицел.
Иван Ткачёв:
– Говорю Попову: «Смотри! Глаз знакомый какой-то!» Он говорит: «Давай подойдем». Подошли. А у немца глаз стеклянный, вставной. Разговорились. Он говорит: «Да, я был у деревни Турки-Перевоз. После госпиталя. Нес ящик с патронами. Мне кричат: ложись! А я не понял. Меня сбил с ног офицер. Его убили, а меня русский снайпер не тронул». Ну я сказал, что тем снайпером был я. Поговорили еще немного. Я отошел, а Попов сказал, что вместе учимся в юридической академии.
Спустя несколько месяцев Ткачёва вызывают в особый отдел. Оказывается, на его имя в академию пришли фотография и письмо от жены и детей того самого немца, благодаривших Ткачёва за то, что когда-то он пощадил их отца. На фото было написано: «Посмотрите на эту фотографию. Три девочки. Их могло и не быть, если бы вы тогда не сохранили жизнь их отцу. Приезжайте в гости».
Время было суровое, и если бы не фронтовые офицеры, подтвердившие героическое прошлое слушателя академии, можно только догадываться, как могла бы повернуться судьба отважного сержанта.
Снайперская биография Ивана Ткачёва закончилась в апреле 1944 года. Случайное ранение – и пришлось продолжить службу командиром орудия. Так и застыл его снайперский счет на цифре 169. Хотя 11 декабря 1943 года армейская газета 3-й ударной армии «Фронтовик» написала о том, как «в течение дня гвардии старший сержант Иван Ткачёв убил в ходе боя 28 немцев». В официальный личный зачет снайпера они не попали, поскольку он вместе с пехотой пошел в атаку и действовал как рядовой боец, используя при этом преимущества своего оружия.
За отвагу и меткость Иван Терентьевич Ткачёв был удостоен орденов «Славы» 3-й степени, «Великой Отечественной войны» и «Красной звезды». Дважды представляли отважного воина и к званию Героя Советского Союза, однако золотой звезды он так и не получил. Но это уже совсем другая история.